Десять лет назад, 1 ноября 2009 года, в день рождения Великой княгини Елисаветы Феодоровны Романовой, на Иваньковском шоссе во время строительных работ был случайно обнаружен фундамент старинной церкви. Благодаря учёному Игорю Ашурбейли, который взял на себя заботы ктитора, уже через три года на этом месте вырос новый храм, освящённый в честь преподобномученицы Елисаветы. Случайностей не бывает. Священнослужители говорят: Господь знает, кого и куда направить в нужный момент, и как восстановить утраченную связь времён, мест и людей. Север и Северо-Запад Москвы исторически тесно связаны с именем Елисаветы Феодоровны. Теперь эта связь закреплена деятельностью Обители Святой Елисаветы.
Примерно в 7 километрах от храма Святой Елисаветы, ближе к середине Ленинградки, сейчас сосредоточена научная, производственная и благотворительная деятельность холдинга Игоря Ашурбейли. Здесь расположен московский офис Группы компаний «СОЦИУМ». Рядом улицы Балтийская и Усиевича. Сто лет назад на их территории находилось большое село Всехсвятское Московского уезда, известное ещё с XIV–XV веков. Здесь, во Всехсвятском, Великая княгиня Елисавета Феодоровна, вдова московского генерал-губернатора и дяди последнего русского императора Великого князя Сергея Александровича Романова, в начале ХХ века выкупила земли, когда-то принадлежавшие грузинским князьям, для строительства богоугодных заведений. Так территория нынешних районов Сокол и Аэропорт стала центром благотворительности.
Супруги Великий князь Сергей Александрович и Великая княгиня Елисавета Феодоровна. 1884 г.
Место было выбрано прекрасное: вокруг сосновый бор, тишина и покой, но и до главной магистрали – Петербургского шоссе – рукой подать: хорошая логистика обеспечена. Историки предполагают, что знаменитое Елизаветинско-Сергиевское убежище находилось примерно в районе домов № 75-77 по Ленинградскому проспекту.
.jpg)
Строительные работы начались в 1907 году, и уже через два года убежище приняло первых подопечных.
За два года до этого завершилась Русско-японская война, приведшая к большим человеческим и финансовым потерям. Русская армия потеряла, по разным оценкам, порядка 50 тысяч человек убитыми, более 17 тысяч человек умерли от ран и болезней. Елизаветинско-Сергиевское убежище стало приютом для воинов-инвалидов, вдов и сирот, а также солдат и городовых, получивших увечья на службе.
Подопечные получали кров, еду, одежду. Их лечили и обучали: при убежище работало училище с ремесленным отделением. Этот принцип действовал во всех заведениях, основанных Елисаветой Феодоровной: помочь больному, бедному, одинокому человеку, взрослому или ребёнку – это значит не взять его на иждивение, обрекая на растительное, бездеятельное существование, а дать ему возможность встать на ноги, самому зарабатывать на жизнь. Поэтому в убежище прежде всего заботились о просвещении людей, их физическом и духовном здоровье. В главном здании был обустроен храм во имя Сергия Радонежского и Елисаветы Праведной. Подопечные часто выезжали в паломнические и экскурсионные поездки.
С началом Первой мировой в Елизаветинско-Сергиевское убежище начали прибывать раненые с фронта. Вместить такое количество страждущих оно уже не могло, поэтому было решено возвести дополнительный корпус. В 1915 году на новое строительство и обустройство собрали 500 тыс. рублей. Сумма по тем временам огромная, но жертвователи знали, что все средства пойдут только на благие цели. Авторитет Великой княгини Елисаветы Феодоровны был неоспорим, доверие к ней огромно.
Она как никто другой понимала масштабы катастрофы под названием Первая мировая война, и объёмы потерь, которые несла Русская армия. Боль, смерть солдат, горе живых – всё это стало неотъемлемой частью московской жизни, несмотря на то, что Златоглавая не была в театре военных действий. А Елисавета Феодоровна находилась в самой гуще событий, связанных с войной – прежде всего как настоятельница и сестра милосердия Марфо-Мариинской обители, ассистировавшая при операциях, лично ухаживающая за ранеными, и как человек, взявший на себя заботу об организации благотворительной помощи для фронтов, где воевали российские солдаты, и для госпиталей, принимавших раненых за линией фронта.
Ежедневно на Смоленский (ныне – Белорусский) вокзал прибывали эшелоны с убитыми и ранеными. Нуждающихся в медицинской помощи распределяли по госпиталям и больницам, а павших везли в село Всехсвятское, где по инициативе и на средства, собранные Елисаветой Феодоровной, было открыто мемориальное кладбище. Здесь нашли последний приют почти 18,5 тыс. солдат, офицеров и сестёр милосердия.
Рядом с кладбищем по проекту Алексея Викторовича Щусева возвели Преображенский храм в неорусском стиле. Деньги на строительство пожертвовали супруги Катковы, потерявшие сыновей на фронте. Храм был действующим до 1922 года. После его разграбили и закрыли, а потом и вовсе снесли. Сохранилось лишь несколько фотографий красивой церкви с высокой звонницей.
1915 год – самый разгар Первой мировой войны. На фото: крестный ход и паломничество на Братское кладбище героев Первой мировой войны, похороны и посещение могил погибших скорбящими родственниками
Кладбище было поделено на несколько секторов: православный, католический, иудейский, исламский и отдельный участок для погребения сестёр милосердия. Православных воинов хоронили в центральной части некрополя, вдоль главной аллеи располагались могилы офицеров. Сюда же были привезены из Франции тела офицеров и солдат Российского экспедиционного корпуса, спасшего в 1915 году Париж от германского нашествия, а также останки сербских солдат и офицеров, французских и английских военных лётчиков, воевавших в рядах русской армии на восточном фронте.
После революции мемориальное кладбище некоторое время оставалось действующим. В 1917 году здесь похоронили 38 юнкеров, погибших в уличных боях в Москве. В 20-е годы был выделен особый участок, где хоронили лётчиков, погибших при испытаниях самолётов. В качестве надгробий им устанавливали винты или детали самолётов. В годы террора прямо на кладбище расстреливали и хоронили людей.
В 40-е годы мемориальное кладбище фактически сровняли с землёй. До нашего времени сохранилось лишь одно надгробие – Сергею Шлихтеру. Молодой человек погиб под Барановичами и завещал похоронить себя рядом с подругой, Ольгой Шишмарёвой. Девушка была первой сестрой милосердия, которую похоронили на Братско