– Я служил в рядах Вооружённых Сил с 1990 по 2013 год. Окончил службу в должности Начальника группы Военного Представительства.
Навыки, приобретённые на военной службе, безусловно, пригодились в жизни. Армия заставляет о многом задуматься, многое переосмыслить, учит самодисциплине, формирует личность, воспитывает характер. Могу сказать одно: бывших офицеров не бывает. Военный – это состояние души на всю жизнь.
Салют в честь Дня защитника Отечества
С 23 февраля для меня связано особое армейское воспоминание. Я был тогда ещё в звании лейтенанта, служил в Москве, состоял в составе салютного расчёта на 15 точке в Бескудниково.
Прибыв с двумя установками калибра 195 мм на точку, развернули, подключили пульты управления, проверили заряды, вошли в связь с управлением. В 20.50 закончили приготовления. Вокруг позиции, в предвкушении зрелища, собрался народ.
Мой боец предложил сдвинуть пульты управления для удобства запуска (пульт управления представляет собой металлическую коробку с замком запрета выстрела). При соединении пультов произошло короткое замыкание и, как следствие, – запуск неустановленного количества салютных зарядов... Зрители завопили: «Ура!». Потом только сообразили, что до салюта ещё 10 минут…
Я не растерялся, сообщил народу, что это был пробный запуск. Но что делать дальше? Ведь таблица стрельбы не соответствует оставшемуся количеству заряда. Я принял решение: при каждом залпе с других точек запускать по одному заряду из каждой установки. В итоге, когда завершился общий салют, у нас ещё осталось несколько зарядов. И мы их запустили – наши залпы прогремели последними.
Обмороки Зухры
Другой интересный случай в моей армейской практике произошёл в 1998 году в Таджикистане. В сопредельном государстве Афганистан шло противостояние талибов и Северного Альянса. Талибы одерживали верх и поджимали Альянс к северу. Командование ОКМС принимает решение – усилить границы с Афганистаном. Чтобы препятствовать проникновению талибов в Таджикистан, туда были переброшены зенитные батареи «Оса» зенитно-ракетного полка 2001 мотострелковой дивизии. Одним из начальников расчёта был я.
Встали на дежурство по прикрытию наземных силовых средств от возможных ударов с воздуха. В составе расчёта находились три женщины: заместитель начальника расчёта, старший оператор и оператор дальности. Находясь в готовности № 1 на боевом дежурстве, обнаруживаем приближающийся объект, посылаем запрос на определение «свой-чужой». Объект на запрос не отвечает. Докладываю на командный пункт. Командир полка должен принять решение о дальнейших действиях. Цель подходит к дальней границе зоны поражения. Ракета в боевой готовности. Начинает работать преобразователь частоты тока. В кабине появляется характерный свист. Вдруг оператор дальности Зухра теряет сознание. За несколько секунд привожу её в чувство. Цель в зоне поражения – загорается лампочка. Остаётся только нажать на кнопку. Жду решения от командного пункта. Зухра опять теряет сознание. Я занимаю место оператора дальности и остаюсь на связи. Объект, распознанный как МиГ–21, совершает линейный полёт. Идёт с нулевыми параметрами, двигаясь прямо на нас. Заместитель начальника расчёта поворачивает ключ запрета пуска. Командный пункт общается с министерством обороны Таджикистана, откуда переговаривают с Северным Альянсом. Самолёт преодолел предельный угол пусковой установки.
Приходится развернуться и захватить цель вдогонку. Зухра пришла в себя. Опять делаю доклад в командный пункт: цель в зоне сопровождения. Не отвечают. Зухра падает в обморок. Самолёт начинает длинный манёвр, который в войсках МиГ–21 называют «летающий столб». Выходит из зоны поражения. Зухра приходит в себя. Самолёт разворачивается и опять летит на нас. Загорается лампочка «Внимание»; пищит преобразователь частоты тока; я опять делаю доклад в командный пункт. Зухра вновь падает в обморок.
Командный пункт, разобравшись в ситуации, докладывает, что самолёт принадлежит правительству. Дают команду «Отбой». Мы, наконец, пытаемся разобраться, что происходит с Зухрой…
Оказалось, заместитель по вооружению пошутил над девушкой, сказав ей, что во время старта ракеты, которая расположена над местом, на котором сидит оператор дальности, оператор дальности погибает. Зухра падала в обморок от страха. Но стоит отдать ей должное: несмотря на ужас, который её охватывал, она всё же не покидала своей боевой позиции.
